На фотографии индеец-игрушка, медная ложка и коробка из под грузинского чая.
Индеец первую часть своей жизни находился между двух миров: в мире лета и действия и под землёй, в маленькой тесной коробке. В начале 80-х годов ХХ века нас с сестрой ежегодно отвозили на дачный летний отдых. В том месте была лодочная станция, и именно там разворачивались события, которые, может, и не потрясли мир, но точно его изменили. Наши персонажи нашли себе дом среди старых перевёрнутых лодок, каждый владел своим маленьким участком земли, куда посредством медной ложки пересаживались маленькие растения, создавались сады, реки, горы - начиналась жизнь. Но лето неизменно заканчивалось, и мы уезжали в Москву, а маленькие люди каждый год в день перед отъездом помещались в железные коробочки из под чая и оставались, и опускались в землю, чтобы пережить там осень, зиму, весну. Наступало новое лето. Вернувшись, мы первым делом бежали на лодочную станцию, чтобы отыскать и впустить их в наш мир, в мир живых. Это была игра. Сейчас я не помню, где индеец потерял руки, но теперь я всегда стараюсь держать старую коробочку из под грузинского чая открытой на окне дачного домика на высоком берегу реки.
